icon-star icon-cart icon-close icon-heart icon-info icon-pause icon-play icon-podcast icon-question icon-refresh icon-tile icon-users icon-user icon-search icon-lock icon-comment icon-like icon-not-like icon-plus article-placeholder article-plus-notepad article-star man-404 icon-danger icon-checked icon-article-edit icon-pen icon-fb icon-vk icon-tw icon-google
Halida Rojkova
Люди, биографии

Сомерсет Моэм – писатель или шпион?

  • 205
  • 12

Сомерсет Моэм – писатель или шпион?

А
Ах, как надоела читателю фраза «Все мы родом из детства», но как много поступков взрослых людей она способна объяснить. Герой сегодняшней статьи – человек с удивительной судьбой. Им искренне гордятся британцы, его считают своим французы, его произведения включены в школьную программу всех англоязычных стран. По биографии Сомерсета Моэма можно снимать кинофильмы, писать авантюрные, приключенческие и любовные романы. А причем здесь детство, спросите вы? Чтобы ответить на этот вопрос, вспомним его биографию.

25 января 1874 года в британское посольство были приглашены врач и акушерка. Они должны были принять роды у мадам Моэм, жены юриста посольства. Почему в посольстве? Разве у месье нет денег на лучшую клинику в Париже? Отец будущего писателя, Роберт Ормонд, привык просчитывать свои действия и их последствия. Он знал, что, согласно новому закону, любое дитя, родившееся на территории Франции, автоматически считается французским гражданином. Это значило, что если родится мальчик, ему придется в случае военных действий воевать во французской армии. С кем? Возможно, с англичанами. Нет, такое будущее своему еще пока не рожденному ребенку отец не желал, поэтому роды были приняты на территории Англии, то есть в одной из комнат посольства.

Впоследствии Уильям Сомерсет Моэм даже гордился «легким французским налетом своей скучноватой английской личности». Этим налетом он считал свою неуемную страсть к путешествиям, любовь к разного рода авантюрам, изящный юмор своих произведений и «чертову бисексуальность», которая изрядно попортила ему жизнь. Мужская половина семья Уильяма занималась юриспруденцией. И мальчику с ранних лет внушали, что он не просто должен, он обязан стать адвокатом и продолжить семейные традиции. Его старший брат, Фредерик, стал уважаемым адвокатом, занял пост лорда-канцлера. А Уильям не оправдал надежд семьи, выбрав писательский труд. Это было потом, много лет спустя, а пока жизнерадостный малыш Моэм учился во французской школе, совсем не говорил по-английски и купался в любви родителей.

Беда нагрянула, как ей и положено, неожиданно. Скоротечная чахотка лишила его матери в 1882 году, а через два года ушел и его отец. Двенадцатилетний мальчик остался круглым сиротой. Английские родственники согласились заботиться об Уильяме. Так он попал в живописное поместье, расположенное в графстве Кент. Перед опекунами предстал худенький болезненного вида мальчик, у него были крепко сжаты губы, он почти не улыбался и с трудом говорил – мешало сильное заикание. Оно появилось во время похорон отца и, несмотря на усилия врачей, осталось у Моэма на всю жизнь. Новых друзей мальчик не нашел, школьники его сторонились. Разница в воспитании, плохое знание английского языка, нелюбовь к спорту, частые пропуски занятий из-за болезней – все это привело к «одиночеству в толпе». Зато способствовало тому, что Уильям стал много читать. Закончив учебу в школе, поступил в Гейдельбергский университет, потом решил изучать медицину. Лондонская больница святого Фомы стала хорошим жизненным опытом для будущего писателя.

К этому периоду относятся его первые литературные опыты. Дебют был неудачным, несколько рассказов и первый роман публика просто не заметила. А вот пьеса «Леди Фредерик», написанная в 1907 году, была высоко оценена критикой.

Когда британская разведка обратила внимание на начинающего писателя, Моэм никогда не говорил, а МИ-5, разумеется, свои секреты не разглашала. Ходили, правда, слухи, что к этому приложил руку старший брат Моэма. Но слухи на то они и слухи, чтобы в них сомневаться. Летом 1917 года Уильям получил задание – любой ценой уговорить Временное правительство продолжить военные действия. Выход России из Первой Мировой войны приравнивался английским правительством к катастрофе. Англии было легко и удобно диктовать свои условия ослабленной и (мечта!) раздробленной стране. Путь был долгим. Из Америки через океан во Владивосток, потом на поезде до Петербурга. Четыре месяца переговоров, как официальных, так и частных; беседы с лидерами (А. Керенским и Б. Савинковым) и с членами Временного правительства; разговоры с эсерами и меньшевиками, большевиками и анархистами – Сомерсет Моэм проделал большую работу. Но успеха она не имела: совершившие революцию большевики слушать англичанина не пожелали и предложили ему убраться из страны.

Своей миссии Моэм не скрывал, игра в агента ему очень нравилась. Она давала ему почувствовать себя одной из тех важных персон, которые вершат судьбы мира. Впечатления от встречи с Россией, перипетии переговоров, различные курьезы и зарисовки бытовых наблюдений Моэм отобразил в четырнадцати новеллах сборника «Эшенден, или Британский агент», опубликованном в 1928 году.

В этом же году (странное совпадение, не правда ли?) он покупает роскошный особняк на мысе Ферра во Французской Ривьере, заводит удобный для творчества и отдыха распорядок дня и вышколенную прислугу. Кого только не видели эти обитые лионским шелком стены! Политики и артисты, писатели и поэты, музыканты и артисты почитали за честь получить приглашение на виллу сэра Уильяма Сомерсета Моэма. Для Черчилля хозяин дома даже купил огромное удобное кресло, рядом поставил низкий столик, на котором всегда стояла коробка его любимых сигар. Герберт Уэллс обычно приезжал на пару дней, пил крепчайший кофе, сваренный по особому рецепту, и вел бесконечные разговоры о назначении искусства. Жан Кокто приводил своих богемных друзей и делился с Моэмом своими планами. Хозяин дома иногда устраивал веселые вечеринки, на которые приглашал только избранных. Барышни, вино, секс. Много секса. Моэм никогда не скрывал свою гиперсексуальность, просто иной раз прикрывал ее или сверхцинизмом или красивыми романтическими фразами.

К этому времени читающая публика восторгалась его автобиографическим романом «Бремя страстей человеческих», сдержанно хвалила романы «Луна и грош», «Пироги и пиво» и была без ума от романа «Театр». Моэму постоянно нужны были новые впечатления, из них он черпал сюжеты для своих произведений. Поездка в Китай – новый сборник рассказов, посещение Малайзии – отличные новеллы. Поездки по Европе, путешествие в Америку – все это постоянный источник вдохновения.

Когда Вторая Мировая война начала громить Европу, Моэм, который по возрасту (ему уже за 60 лет) призыву не подлежал, предпочел «пересидеть лихое время» в Америке. Нового почти ничего не написал. Из больших произведений напечатал только начатый и почти законченный в Европе роман «Острие бритвы». Все время тратил на редактирование уже созданных, но пока еще не напечатанных произведений. После войны вернулся на свою виллу, окружил себя еще большей роскошью, перестал путешествовать и писать художественные произведения. Иногда из-под пера гения выходили эссе и автобиографические заметки. В 1947 году Моэм решил учредить литературную премию своего имени. Условие ее получения – уникальность произведения. Был установлен и возрастной ценз – претенденту должно быть не более 35 лет.

К концу жизни Моэм был богат, уважаем обществом и любим читателями. У него было все, и он мог смело утверждать, что «видел в этой жизни все». А был он счастлив и доволен собой? Главная цель жизни он сформулировал так: «Хочу быть собой, писать о том, о чем думаю». Но слишком долго, нестерпимо долго у него это не получалось. Почему? Ответ поищем в детстве. На его характере, на многих его поступках лежали печать неуверенности и огромное желание «быть, как все». Этого требовал его опекун – викарий Моэм, этому учили во время церковных проповедей, к этому призывали во время учебы. «Постоянное недовольство несвободой», - так называл Моэм почти всю свою молодость.

Он был бисексуален, но долго и тщательно скрывал это. Он женился в 1917 году, и уже через год предпринял первую попытку развестись, Одиннадцать у него это не получалось. Моэм страдал, считая эту свадьбу «чудовищно-страшной ошибкой своей жизни». Вот если бы он сумел уговорить Сью Джонс стать его женой! Она единственная из его женщин не считала бисексуальность смертным грехом и была снисходительна к его связям с мужчинами. Но не получилось. И секс стал его хобби. Заметки «Взгляд в прошлое» - это переосмысление его жизни, раскаяние за несмелость и упрек себе. Ничего нет страшнее несвободы и страха выйти за рамки. Это эхом отозвались детские страхи и запреты, справиться с которым Моэм нашел в себе силы только после пятидесяти лет. В его жизни появился «близкий друг», типичный enfant terrible, в общении с которым «душа находила отдохновение, а тело утоляло страсти». Всю свою нерастраченную любовь, всю накопившую страстность он подарил Джералду Хэкстону. Без следа исчез даже его знаменитый цинизм, который он всю жизнь использовал, как щит. Счастье? Скорее, суррогат. Но и за это Моэм был благодарен судьбе.

Он ушел из жизни в девяносто один год. Разум ему уже не подчинялся, он почти никого не узнавал. Простуда нанесла последний удар, и Сомерсета Моэма не стало. Это произошло 15 декабря 1965 года в большой палате местной больницы. Городок Сен-Жан-Кап-Ферра скорбел, и вместе с ним горевали Франция, Великобритания и весь читающий мир. Писатель оставил завещание. Согласно его последней воле, у него нет могилы, его прах развеян в Кентербери, под стенами Королевской школы, в которой он учился.

Так кто же такой Уильям Сомерсет Моэм? Безусловно, он один самых выдающихся писателей ХХ века. А вот шпион из него не получился: в его карьере агента МИ-5 числится всего одна миссия, и та была им провалена.

spe
Надежда  Маслова

Ну что ж, не получился шпион из него и не надо значит, за то писатель хороший.

spe
Владислав Черных

Не только боец невидимого фронта, оказывается, а ещё и труженик тыла )))

top
Halida Rojkova

Сложная личность, про таких говорят, что у них "рваная" психика. Но талантище какой! Очень люблю его "Театр".

spe
Лариса Попруга

Тоже люблю его "Театр", а "Бремя страстей..." прочла несколько лет назад - роман тоже произвел впечатление и ответил на многие вопросы

top
Halida Rojkova

"Бремя страстей человеческих" - это сам Моэм, только слегка припудренный, чтобы насмерть не шокировать английских снобов.

Вам необходимо или зарегистрироваться, чтобы оставлять комментарии
выбор читателя

Выбор читателя

16+