icon-star icon-cart icon-close icon-heart icon-info icon-pause icon-play icon-podcast icon-question icon-refresh icon-tile icon-users icon-user icon-search icon-lock icon-comment icon-like icon-not-like icon-plus article-placeholder article-plus-notepad article-star man-404 icon-danger icon-checked icon-article-edit icon-pen icon-fb icon-vk icon-tw icon-google
Владислав Черных
Интересные факты

Что писатель Гончаров в кругосветке видел?

  • 172
  • 7

Что писатель Гончаров в кругосветке видел?

Э
Эх, хорошо путешествовать в XXI веке! Порой путешественника в аэропорту маринуют дольше, чем крылатая сигара с людьми во чреве одним махом пересекает половину шарика. Хочешь – летишь в пампасы, хочешь – на тропические острова. А если мошна туга – и на полюса отвезут, и все это с комфортом, гидом и шведским столом. Но так было не всегда. Ещё век-полтора назад дальние путешествия были сродни плаваниям Одиссея, из которых не всякий и возвращался. А уж сколько тягот и лишений приходилось переносить тогдашним путешественникам – нынешним и не снилось! Зато и впечатлений они получали не в пример больше.

Осенью 1852 года от причальной стенки в Кронштадте отвалил пятидесятидвухпушечный фрегат русского флота «Паллада». Он нес в дальние страны дипломатическую миссию во главе с вице-адмиралом Путятиным. Российская империя стремилась, опередив конкурентов, побыстрее наладить отношения с Японией. Островная империя к тому времени еще не вышла из самоизоляции, но её уже начинали пощипывать за бока Европа и Америка – просыпайся, мы на тебя виды имеем! При Путятине переводчиком и секретарем отправился сорокалетний Иван Гончаров, служащий в департаменте внешней торговли.

Друзья и знакомые Гончарова были в недоумении – подающий надежды литератор был весьма склонен к праздному времяпровождению и даже получил прозвище «Принц де Лень». Да и сам он толком не мог понять, что его толкнуло на такой шаг, тем более, что Гончарова не силком в плавание гнали, он сам хлопотал об участии в экспедиции. Тем не менее в начале октября тесная каютка на «Палладе» приняла своего постояльца, и началось длительная эпопея с бурями и штилями, посещениями диковинных мест и знакомствами со странными людьми и их обычаями.

Нам в эпоху прогрессирующего глобализма не понять, каким культурным шоком для путешественников оборачивалась в прежние времена встреча с иной, непривычной цивилизацией. Когда в любой стране нас встречают одни и те же рекламные щиты, банкоматы и всякие макдональдсы, особых различий между культурами и не видно. Разве что фольклорные ансамбли для туристов дают нам понять, что мы пересекли полмира, а так – что Бразилия, что Япония. А вот для человека, никуда носу не казавшего из николаевской России, все было пугающе ново…

Однако же начало плавания новоявленного путешественника сильно разочаровало. Угнетало отсутствие привычного комфорта, холод, сырость. Одно радовало – мучившая многих морская болезнь Гончарова обошла стороной, качка ему оказалась нипочем. Тем не менее первые главы его книги очерков «Фрегат «Паллада» не брызжут оптимизмом. Упадок духа был столь силен, что при стоянке в Англии он совсем уже было навострил лыжи в сторону дома, да опасение ещё большего дискомфорта в сухопутном пути по европам остановило страдальца.

Англия произвела на нашего странника преизрядное впечатление. Не являясь англофилом, он тем не менее не мог не отметить тот промышленный подъем, который происходил в Британской империи в то время, удивлялся порядку и организованности во всем. Памятники и музеи мало интересуют Гончарова, гораздо занятнее наблюдать людей в их привычной среде. И он наблюдает, описывает, удивляется и сравнивает жизнь англичан с российскими реалиями – и не всегда в нашу пользу. Это внимание автора к различным проявлениям повседневной жизни иноземцев проходит через всю книгу очерков, для него главное – человек.

Попав на остров Мадейра, Гончаров сначала обращает внимание на яркий южный колорит, дивные фрукты бананы (они ему, кстати, не понравились), но потом приходит к выводу, что тут кое-что кажется похожим на родные волжские края, особенно воздух острова. Весьма раздражают автора вездесущие англичане, которые и здесь заняли главенствующее положение, принесли свои порядки, перекраивают самобытную культуру острова на свой лад. Но и тут он признает, что именно выходцы из Англии дали островитянам работу и подняли их благосостояние. И опять красочно описаны типажи местных жителей, от аристократов до носильщиков.

Любопытны впечатления автора от самого морского путешествия. Пусть он и не входил в экипаж фрегата, плыл пассажиром, но оставил интересные описания корабельной жизни. Работа капитана и штурмана, труд матросов, акулы и летучие рыбы, вопросы снабжения и питания – обо всем понемногу упомянуто Гончаровым. Не остались в забвении и развлечения моряков вроде праздника Нептуна, впрочем, писатель находит их вымученными и неестественными, называя quasi-весельем. Очень поэтичны описания тропического моря, морского заката, аж за душу берет. Для неизбалованного русского читателя середины XIX века это было ново, неизвестно, вызывало интерес и будило воображение.

Очень подробно описана Гончаровым Капская колония. Это место явно произвело на него приятное впечатление, повсюду он упоминает дружелюбие местных жителей (белых, естественно), их гостеприимство. Расписана вся административная система колонии, её природа, особенности флоры и фауны. Даются прогнозы её успешного развития. Этнографическую ценность представляют описания внешности представителей различных племен аборигенов, Гончаров даже не брезгует посетить тюрьмы, где они содержатся. По собственному признанию писателя, жаль ему было уезжать из того места, где он так хорошо был встречен, но долг службы превыше всего…

Главной целью путешествия «Паллады» была Япония, и фрегат, посетив Малайю, Сингапур, Гонконг, наконец-то бросил якорь в Нагасаки. Вот от самой-то Японии у Гончарова сохранилось очень мало природных впечатлений, ведь на берег их практически не выпускали. Но в тех, что есть, отмечается удивительная гармоничность японской природы, её «артистичность», напоминающая картину живописца или декорацию к спектаклю. Сами же японцы казались Гончарову выходцами из другого мира, да так оно и было. Их обычаи, церемонии, особенности взаимоотношений в социуме – все странно, все непонятно!

Фрегат стоит на якоре, не желающее перемен японское правительство тянет недели и месяцы, а путешественник ежедневно наблюдает японцев, прибывающих на корабль. Сначала в его описании большинство из них выглядит несколько карикатурно, но первое впечатление проходит и постепенно автор приходит к выводу, что это бедная, но многообещающая нация с живым, пытливым умом, имеющая большой потенциал развития. Тут же проходит мысль о том, что только открытие империи миру способно реализовать этот потенциал. Гончаров, к счастью, не догадывается, насколько успешно японцы реализуют его всего через полвека.

Побывал фрегат и в Китае, где наш странник получил очередную порцию впечатлений, приятных и не очень. Разочаровала его китайская кухня, да и чай местный остался неоценённым, зато поразило трудолюбие китайцев, их способность к нудной кропотливой деятельности. А попав на Ликейские острова (ныне Рюкю), Гончаров ожидал увидеть упомянутый некоторыми путешественниками рай на Земле, где жители простодушны, приветливы и живут в гармонии с природой. Поначалу увиденное не противоречило ожидаемому, но писатель вскоре понял, что идиллия возможна лишь благодаря отторжению от цивилизации и уже вскоре будет разрушена алчными соседями.

По завершении дипломатических трудов фрегат отправляется в Россию, к берегам нынешнего Дальнего Востока. Часть книги очерков, посвященная сухопутному путешествию через Сибирь, не менее интересна, чем предыдущие, описывающие экзотические страны. По лютому морозу, проваливаясь в сугробы и ямы, везут сани то олени, то изморенные лошади, путники ночуют в продуваемых хижинах и топят в котелках замороженные щи, а автор пытливым взором заглядывает в будущее, предсказывая этому краю невиданный расцвет, а народам, его населяющим – процветание и благополучие. Наверное, очередь этого предсказания ещё не пришла.

Интересна книга Гончарова, интересна и его личность. Автор, более близкий по характеру к своему знаменитому персонажу Обломову, вдруг сорвался с места, объехал полмира и подарил нам прекрасную книгу путевых заметок, полную ярких впечатлений и небезынтересных сведений о дальних странах и народностях. Да и его рассуждения о путях развития цивилизации, способах вовлечения «дикарей» в мировой исторический процесс, тоже представляют исторический интерес. А нам, пожалуй, остается только завидовать тем, кто в былые времена очертя голову плыл в неизведанное – у нас-то таких возможностей все меньше и меньше…

pro
Тамара Меркулова

Интересно все же, что толкнуло Гончарова на путешествие? То же, что и Чехова через 40 лет?

spe
Владислав Черных

Как писал он сам: "Я всё мечтал... об этом вояже, может быть с той минуты, когда учитель сказал мне, что если ехать от какой-нибудь точки безостановочно, то воротишься к ней с другой стороны: мне захотелось поехать с правого берега Волги, на котором я родился, и воротиться с левого; хотелось самому туда, где учитель указывает пальцем быть экватору, полюсам, тропикам."

top
Halida Rojkova

Зато какая интересная книга получилась! "Фрегат "Паллада" читается на одном дыхании.

spe
Надежда  Маслова

Да уж, остаётся только завидовать Гончарову и его путешествию. Сейчас уже таких впечатлений не получишь. Всё везде становится одинаковым, и от этого становится скучно.

Вам необходимо или зарегистрироваться, чтобы оставлять комментарии
выбор читателя

Выбор читателя

16+